Архив рубрики: Люди

600 кг, как Хуан Франко: сын Никаса Сафронова метит в весовой рекорд «книги рекордов…

[Всего: 0   Средний:  0/5]

Внебрачный сын Никаса Сафронова – Лука Сафронов-Затравкин не на шутку занялся бодипозитивом и постоянно появляется в новостях. Парень «перевалил» уже за двести килограмм и, похоже, что не собирается останавливаться. Лука не видит в диетах ничего хорошего и обращает внимание на свою свободу воли, духа и разума, а главное — на свободу самовыражаться.

Вместе с тем парень уже поставил перед собой вторую цель – дойти в весе до 250 кг и, ожидается без проблем добьётся своего. Прежде эта отметка составляла всего 150 кг. С таким подходом и результатами Лука уже метит в весовой рекорд «книги рекордов Гиннеса». Сейчас на лидирующем месте в рейтинге мексиканец Хуан Педро Франко – самый тяжёлый человек в мире с весом в 600 кг. Однако Сафронов-младший, предполагается догонит «собрата»

Во-первых, причины такого явления, когда Лука стремительно и самовольно набирает вес обычно находят в психологии. А потому не исключено, что парень сможет бросить это занятие сам без посторонних вмешательств. Но оно, похоже, и не нужно, ведь Лука отлично себя чувствует и часто фотографируется с едой. А во-вторых, не исключено, что ободрительные комментарии поклонников только воодушевят парня ещё сильнее и он продолжит метить на мировой рекорд. Однако, среди поддержки находятся и те, кто критикует Луку за запущенное здоровье. Ведь люди с лишним весом часто испытывают не только дискомфорт, но и проблемы со здоровьем.

Затронуть нерв эпохи

[Всего: 1   Средний:  5/5]

Какая литература воздействует сегодня на умы и души молодежи?

Александр Викторович ­Сафронов

Доцент кафедры литературы Рязанского государственного университета имени С.А. Есенина Александр Викторович ­Сафронов был недавно награжден знаком «За заслуги перед Рязанской областью». Заслуги эти касаются не только преподавательской работы со студентами, которым, я полагаю, так же интересно общаться со своим наставником, как любому его собеседнику, неравнодушному к изящной словесности. Сафронов имеет тесную связь с рязанскими школами, всей душой болеет за российскую систему образования, которая порой соверша ет неожиданные «кульбиты». Например, в школах отменяется выпускное сочинение… Потом, правда, возвращается в виде итогового, без написания которого не допустят к сдаче ЕГЭ. Возвращение состоялось в 2014 году, и прошлый наш разговор с А.В. Сафроновым четыре года назад начался как раз с этого события. Поэтому при новой недавней встрече я не могла не задать ему вопрос: «И что теперь?..»

А.С. – Итоговое сочинение пишут, и я в принципе приветствую этот факт. Но давайте вспомним, что в добрые старые времена к сочинению готовились задолго до выпуска. Где-то на средней ступени школы были уроки по развитию речи, дети под руководством учителей поэтапно постигали, как надо описывать окружающий мир, выражать на бумаге свои мысли и чувства по поводу прочитанного в книге, учились составлять план сочинения, связывать вступление с заключением и так далее. Сейчас вся необходимая для написания итогового сочинения работа проходит за считаные месяцы, ее можно назвать уже привычным для нас словом «натаскивание» – отсюда результаты. Но сам факт, что школьников заставляют читать серьезные произведения и учат связно излагать свои мысли – это, я повторяю, приветствую.

Р.В. – В то же время даже в Российской академии образования некоторые уважаемые люди считают, что роман «Война и мир» Толстого проходить в школе рано, слишком он сложен для детского восприятия. Другие то же самое относят к Достоевскому.

А.С. – Все это говорилось и сорок лет назад, когда я начинал работать учителем. Но произведения этих писателей по-прежнему стоят в школьной программе. И старшеклассники читали и читают их, пусть кто-то поверхностно, не до конца… Читают и приобретают то, что называется национальным кодом, менталитетом, усваивают правила, по которым жили наши предки и по которым нам надо жить: влюбляясь и ошибаясь, как Наташа Ростова, идя в бой со знаменем, как князь Андрей, ища и находя общий язык с другими людьми, как нашел его Пьер Безухов с Платоном Каратаевым…

Р.В. – Интересно, что именно этих героев коснулся президент Франции Макрон, когда недавно был у нас с визитом и вел разговор о налаживании контактов между странами. Все заметили, что он хорошо подготовился к посещению России.

А.С. – Наверное, если он воспользовался одним из наших, можно сказать, опознавательных знаков. По каким еще авторам нас представляют себе за рубежом? В области театра и драматургии – по Чехову… В поэзии – по Маяковскому, несправедливо у нас забытому, но невероятно популярному в мире. Подражая ему, лесенкой записывают стихи в Испании, Франции, Латинской Америке, Африке.

Р.В. – Маяковский был рожден революцией. У нас в 90-х годах произошло нечто подобное, только с обратным знаком, но бурному литературному процессу это не способствовало. И читатели как-то скисли, мало кто сейчас спрашивает, как раньше: «Ты сейчас что читаешь?» В школах что из современной литературы изучают?

А.С. – Есть список произведений, которые надо прочитать, готовясь к ЕГЭ по литературе. Заканчивается он теми писателями, которые считались современными, когда я был студентом: Распутин, Бондарев, Шукшин, Солженицын… Чтобы стать классиком, надо пройти испытание временем. Мне однажды попалась на глаза программа по литературе для старших классов гимназии 1881 года. Знаете, кто там назван современным писателем? Карамзин, умерший за пятьдесят лет до этого! На нем заканчивалось изучение гимназистом литературы. А ведь в это время писали Толстой, Достоевский, Тургенев…

Р.В. – Что же, выходит, что нынешние школьники, студенты современную литературу не читают, не знают?

А.С. – Знают, но слабовато. В школе учителя пытаются с нею знакомить, однако уроков литературы сейчас катастрофически мало, не у всех преподавателей руки до современных «кандидатов в классики» доходят. Правда, нынешнее молодое поколение достаточно любознательное, и средств для знакомства с литературой много – тот же Интернет. Так что если есть интерес к нынешним авторам, удовлетворить его легко. У меня одна студентка написала хорошую курсовую работу о творчестве Захара Прилепина.

Р.В. – В этом году одной из самой желаемых профессий для абитуриентов вашего вуза стала профессия учителя русского языка и литературы, что меня очень порадовало. Хочется надеяться, что среди молодежи, выдержавшей большой конкурс, много одержимых литературой, талантливых людей.

А.С. – У нас на факультете русской филологии и национальной культуры всегда их было немало. Довольно частое явление – в профессиональные поэты выбиваются, чуть ли не по всему миру ездят, везде публикуются, всюду рекламируются. Это, я бы даже сказал, какой-то новый способ существования поэзии, что-то вроде шоу-бизнеса… Но пусть будет так, как есть. Единственное, что хотелось бы мне, – это чтобы при оценке творчества не использовались слова «оригинально», «неповторимо». Потому что все, что сегодня пишут, уже было!
Если хотите знать мое личное мнение, то оно таково: последними истинными поэтами были Высоцкий и Бродский.

Р.В. – Многие с вами не согласятся и назовут живших в более позднее время поэтов.

А.С. – Как заметил когда-то один из критиков, не поэтов, а стихотворцев, творящих поэзию по уже известным законам. А надо иметь что-то свое. Будь моя воля, я бы запретил юным дарованиям, по крайней мере в Рязани, затрагивать такие темы: берёзки, дождь и осень, как я люблю Есенина, как трудно, но приятно быть поэтом!

Р.В. – Ну так вывесите эти запреты в аудитории!

А.С. – Да кто же меня послушает! (Смеется.)

Р.В. – Есенинские «мотивы» – это еще ничего, они светлые. А у некоторых молодых авторов такой мрак, такая беспросветность… И все – без заглавных букв, знаков препинания…

А.С. – И это повторение. Открываешь сборник и сразу вспоминаешь: у Бальмонта такое встречалось, Хлебникова, Бурлюка.

Р.В. – Ну хоть читали этих авторов ребята…

А.С. – Кто-то их читал, а кто-то ограничился детскими стихами Чуковского, Барто, Маршака. Все они тоже из Серебряного века и были те еще «формалисты», как их называли, но когда в 30-х годах начали закручивать гайки, многие экспериментаторы ушли в детскую поэзию, где можно было резвиться, как угодно…
Р.В. – И ведь как хорошо получилось! Лучше них для детей, наверное, никто не написал. Почему же у нынешних поэтов так не выходит?

А.С. – Они не чувствуют нерва своей эпохи. Этот нерв улавливали Маяковский, Есенин, Блок, который за 20 лет до революции чувствовал, что придет она, страшная… Нынешние поэты лелеют лишь себя, свои личные переживания. В прозе то же самое. А ведь в начале 90-х годов появился новый «герой» – так называемый «новый русский». Тут бы высокой литературе схватиться за него, изобразить во всех подробностях и глубине и, может быть, помочь оздоровлению общества. Но этого не произошло. Зато расцвела масскультура – фантастика, любовные романы, детективы для развлечения. Вот вам литература последних десятилетий. Останется что-нибудь от нее? Не знаю. Правда, недавно прочитал очень серьезную вещь – роман Алексея Иванова «Ненастье»: о тех же 90-х, как из первых рук…
Может быть, только сейчас приходит для нас время осмысления того, что произошло со страной, со всеми нами?.. Это было бы очень полезно, особенно для молодежи.

Татьяна Банникова
Фото Дмитрия Осинина

Рязанские ведомости

С 75-й годовщиной победы в Курской битве колымского ветерана Александру Сафронову поздравил глава региона

[Всего: 1   Средний:  5/5]

Участница Курского сражения Александра Сафронова получила поздравление от главы Магаданской области Сергея Носова с 75-ой годовщиной одной из самых важных и переломных битв Великой Отечественной Войны. Читать далее С 75-й годовщиной победы в Курской битве колымского ветерана Александру Сафронову поздравил глава региона